- Да.
- Жди, пока в доме не останется никого.
- ...
- Не бойся, Нина. Ничего плохого с тобой не случится. С тобой все
хорошо?
- Да.
- Поцелуй меня.
Девочка коснулась губами отцовского лба. Отец провел рукой по ее
волосам.
- Все будет хорошо, Нина.
Он не двигался с места, словно ему нужно было еще что-то сказать или
сделать.
- Я хотел, чтобы все было по-другому.
Сказал он.
- Помни всегда: я хотел, чтобы все было по-другому.
Девочка бессознательно пыталась отыскать в глазах отца то, что помогло
бы ей понять происходящее. Но не нашла ничего. Отец наклонился и поцеловал
ее в губы.
- А теперь иди, Нина. Полезай туда, вниз.
Она скользнула в люк. Земля была жесткой и сухой. Девочка легла на нее.
- Подожди. Держи вот это.
Отец дал ей одеяло. Нина расстелила его и растянулась сверху.
Она слышала, как отец говорил ей что-то. Потом крышка люка опустилась.
Девочка закрыла глаза, снова открыла. Доски пола пропускали полосы света.
Слышен был голос отца, не прекращавшего говорить. Слышен был шорох
передвигаемых корзин. В подвале стало темнее. Отец о чем-то спросил. Девочка
ответила. Она лежала на боку. Согнув ноги в коленях, она лежала, свернувшись
клубком, будто в постели, готовясь ко сну и к сновидениям. Отец сказал
что-то еще, с нежностью, приблизив лицо к доскам. Затем раздался выстрел и
звон стекла, разлетевшегося на тысячи осколков.
- РОКА!.. ВЫХОДИ, РОКА! НЕ ВАЛЯЙ ДУРАКА, ВЫХОДИ.
Мануэль Рока посмотрел на сына. Пополз к нему, стараясь не подставить
себя под выстрелы. Протянул руку к ружью на столе.
- Убирайся отсюда, черт возьми. Спрячься в дровяном сарае. Не выходи, и
чтоб ни звука, ни движения. Бери ружье и держи его заряженным.
Сын уставился на него, не шевельнувшись.
- Двигай отсюда. Делай что я говорю.
Но мальчик шагнул к нему.
Нина услышала, как пули дробью рассыпались по дому над ее головой. В
щели между досками посыпалась пыль с осколками стекла. Нина не шелохнулась.
Во дворе кто-то заорал:
- НУ ЧТО, РОКА, ПРИКАЖЕШЬ ЗА ТОБОЙ ЯВИТЬСЯ?.. СЛЫШИШЬ, РОКА? ЧТО,
ПРИКАЖЕШЬ ЗА ТОБОЙ ЯВИТЬСЯ?
Мальчик стоял, не прячась от пуль. Он взял ружье, но держал дулом вниз.
Оружие тряслось в его руке.
- Уходи, слышишь? Уходи отсюда.
Мальчик подошел к нему, с намерением встать на колени и обнять отца.
Можно было понять это и так.
Отец приставил к его спине ружье. И произнес шепотом, но с яростью:
- Уходи, или я тебя убью.
Нина вновь услышала тот же самый голос:
- ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ, РОКА.
Автоматная очередь веером ударила по дому, снаружи, внутри, снаружи,
как маятник, нескончаемая, снаружи, внутри, снаружи, как луч маяка поверх
асфальтово-черного, невозмутимого моря.
Нина закрыла глаза. Прижалась к одеялу, съежилась еще больше, подогнув
ноги к груди. Ей нравилось так. Прохладная земля под боком хранила ее -
земля никогда не предаст.
